Первый участок маршрута — из Афин к острову Кефалония. Начинаем движение в спокойных водах залива Сароникос, относящегося к Эгейскому морю. Наверняка название у всех на слуху. Опять же, благодаря учебнику истории того самого древнего мира. Вспоминаете? Древнегреческие города-царства — Микены, Пилос, Афины, Тиринф. Тесей с Минотавром… Нет? Тогда давайте расскажу.
Всего каких-то 18 тысяч лет тому назад, когда начали таять ледники последнего ледникового периода, уровень моря был на 130 метров ниже сегодняшнего. Там, где мы сегодня передвигаемся на яхте, простирались обширные прибрежные равнины, а многочисленные острова всё ещё были единым целым с материком. В те древние времена Эгейское море было родиной двух цивилизаций — минойцев и микенцев, потомками которых являются современные греки. По описанию Платона, жили они вокруг того самого моря «как лягушки вокруг пруда». Ну а жили так-себе, если честно, не шибко-то дружно. Хоть и родственнички все друг другу, но то и дело норовили богатства друг у друга стырить, царства отобрать, а непокорные города — разрушить до основания. Так вот, доподлинно неизвестно, как в те времена называлось само это море, но свое теперешнее название получило оно по имени одного афинского царя. Понятно теперь, что звали его Эгей. Отца его изгнали из Афин двоюродные братья и свое царство ему пришлось отвоевывать обратно. А отвоевав, как и полагалось, молодой царь начал праздновать победу — дудки, песни, все такое, и без горячительных напитков не обошлось, широкой души был человек. Праздновал долго и завзято. Народ его за это так сильно полюбил, что готов был за него и в огонь, и в воду! «И шо я в тебя такой влюбленный?!» А вот богиню Афродиту он шибко прогневал жизнью такой своей распутной. То ли влюблена она в него была тайно, то ли еще что? А тогда времена такие были, что боги с людьми часто пересекались, особенно в тех краях. Влюблялись в друг друга, а бывало и просто так детей заводили… Вот это как раз та самая история. И вот когда Эгей одумался уже, пить да дурить бросил, с девками боле ни-ни, женился, а вот из-за гнева богини много лет без наследников ему жить пришлось, а это страшное дело было в те времена. Родственнички ж такие «доброжелательные» были, так и норовили царя извести, чтобы своих сыновей на трон-то усадить. В общем, жизнь без наследников — аду подобна.
Он и храм Афродите выстроил. Вот этот самый:
Сам молиться туда ходил регулярно, жен своих (а их у него несколько было), тоже заставлял грехи отмаливать. Много лет у них это заняло, а с детьми все никак. Но позже оказалось, что сын-то у него был, только внебрачный. Там такая темная история — у мальчика два папы получилось, потому как мама сначала с богом морей Посейдоном крутанула, а потом сразу еще и с молоденьким Эгеем — думала замуж возьмет, царицей станет… А он же тогда про это еще и думать не думал. Так вот, когда родился мальчик, назвали его Тесей, а как подрос, представили его царю Эгею. И вот точно — копия папаша, и лицом, и умом, только в плечах пошире, да силы немерено (это ему от второго папаши перепало). И вот тебе снова проклятье! Нет бы жить, да радоваться — наследник появился, так в те времена афинянам каждый год нужно было отправлять на остров Крит семь юношей и семь девушек, на пожирание чудищем страшным с туловищем человека и головой быка (или наоборот, с головой человека, а с туловищем быка?) по имени Минотавр. Так вот, Тесея родителю представили как раз накануне очередной такой отправки. А жители Афин, хоть царя Эгея и любили очень, своих-то чад тоже любили, и давай орать — пущай вот царский сын и идет, а то че, все наши, да наши! Эгей сначала было «цыц» на них, неразумные — он же наследник единственный. А Тесей ему — не боитесь, говорит, папаша, справлюсь я с этим чудищем. Вы мне только чарочку налейте, да еще одну — на посошок, ну и еще одну — на стременной. Бог, типа, троицу любит. С тем и провожать стали жертв невинных на этот самый остров Крит к царю Миносу. Он корабль прислал — по традиции с черными траурными парусами. А как дети-то на борт подниматься стали, Эгей сыну прощальное слово шепнул — верю, говорит, в тебя, сынок, ты справишься, если не ты, то кто же? С берега не уйду, ждать буду, будешь назад с победой идти — смени паруса на белые, так пойму, что это ты. И попрощались. А Тесей красава был, похлеще папаши. Как на Крит с делегацией добрался, да к Миносу во дворец пришел, тут же глаз на дочку царскую положил, подмигнул ей так невзначай, а она и влюбилась в него с того самого первого взгляда. Звали царевну Ариадна. Дворец папеньки ее выходил прямиком к Лабиринту — гигантскому зданию с запутанной системой ходов и помещений, в нем и жил тот самы ненасытный Минотавр. Молодых людей туда отправляли, а вот выйти оттуда никому еще не удавалось. Но Ариадна знала архитектора и обратилась к нему за помощью, а утром, по совету зодчего, передала она возлюбленному (тайно, конечно) меч и клубок ниток.
— Привяжешь нить у входа, — сказала она Тесею, — а как будете углубляться в Лабиринт, ты клубочек-то разматывай. По ниточке и найдёшь потом обратный путь, а я тебя ждать буду.
Ну и вроде как поцеловала его на прощание в щечку, густо-густо покраснела, глазки в пол, и ну рыдать.
А дальше… содрогаясь от ужаса, афинские юноши и девушки вошли в тот страшный Лабиринт и робко начали продвигаться вглубь коридоров, с каждым новым поворотом, теряя надежду когда-нибудь снова увидеть белый свет. Вдруг как ринется на них с диким ревом грозное чудище и острыми рогами уже приготовилось оно пронзить Тесею грудь молодецкую. Это и был Минотавр (ага, все-таки голова у него была бычья, а тело человеческим). Прыгнул этот бычара на Тесея и вопли ужаса огласили своды Лабиринта. Казалось, Тесей погиб… Но наш герой не был даже ранен. Одной рукой он схватил Минотавра за рог, другой вонзил ему меч прямо в его бычье сердце. В его родной деревне мужики по праздникам так рогатый скот на шашлыки кололи. Ну а дальше понятно уже все — по нити Ариадны вышел Тесей сам и вывел своих спутников из Лабиринта. У входа их обалдевшие жители царства встречают хлебом-солью, Ариадна сияет, папаша ейный без колебаний Тесею в жены ее отдает, ну и пол-царства в придачу (у греков с турками по этому вопросу до сих пор друг к другу претензии — но это уже другая история). Взял Тесей царскую дочь в жены, да и отправились в обратный путь. А как на корабль поднялись, сразу свадебку праздновать начали — сертаки, тосты, горько! В общем, Тесей в суматохе веселья забыл про просьбу старика отца. А между тем царь Эгей с места не сошел — все стоял на крутом берегу, денно и нощно вглядываясь в дали морские. И вот, вдали показался корабль.
— Афиняне! — закричал он. — Я узнаю корабль, но не могу различить цвет парусов.
— Мужайся, царь, — был ответ ему, — черного цвета паруса на корабле том.
Как услыхал это Эгей, бросился с обрыва в бурлящие волны и пучина морская поглотила его.
С тех пор народ и зовет это море Эгейским.
